Обсуждение законопроекта о преобразовании местного суда в III Государственной ДумеСтраница 11
В частности, депутат-крестьянин М.Д. Челышев выступал даже против правила обязательного привлечения свидетелей для доказательства противоправного деяния. В процедуре неукоснительного следования суда закону этими депутатами всячески сознательно подчёркивался и выпячивался элемент юридического формализма, якобы препятствовавший реализации принципа справедливости. В этих же видах некоторые депутаты предлагали до предела сузить канцелярскую сторону процесса, полагая, что, в противном случае, это сделает затруднительным обращение крестьян в суд ввиду его дороговизны, прежде всего вследствие расходов на адвокатскую помощь. В этом выразилось традиционное недоверие «почвы» к устоям «цивилизации», умиление якобы исконно присущими «простому народу» уникальными моральными качествами, позволяющими ему быть более справедливым, чем корыстолюбивые помещики и чиновники, а фактически – стремление сохранить некоторую обособленность крестьянства. Однако в отличие от представителей правых фракций октябристские «раскольники» не возражали, в принципе, против необходимости модернизации деревни, в том числе против стирания сословных различий. Речь шла о различных путях и темпах приспособления традиционалистской российской деревни к устоям индустриального общества.
Если основная часть фракции была за содействие быстрой ассимиляции «почвы» «цивилизацией», считая, что корпоративные перегородки в деревне уже размыты, а доверие к обычаю основательно расшатано, то меньшинство фракции, полагая обратное, выступало за более медленное приспособление «почвы» к ценностям «цивилизации» посредством постепенного синтеза почвеннических и цивилизационных устоев, путём неторопливого укрепления у крестьянства доверия к новым институтам, нормам, принципам, устоям.
Показательно, что другой сторонник гминного суда октябрист Д.А. Леонов полагал главной целью коллегиального суда по типу гминного с участием представителей крестьянства укрепление доверия к суду, «расположение» к нему всех слоёв населения, что, по его мнению, было невозможно, в случае, если под видом мирового суда «местный суд из рук чиновников МВД перейдёт в более умелые руки чиновников Минюста». Он предлагал даже уменьшение имущественного ценза, полагая, что избрание земствами гарантирует такие кандидатуры, «которые не будут колебать собственность». Иными словами, он считал, что чувство законности в народе надо «воспитывать», а не навязывать сверху чужеродными институтами, которые могли попасть под контроль бюрократии [2, ст. 1488].
Показательно, что глава комиссии Н.П. Шубинской выступал против предложения этих членов фракции по мотивам низкого авторитета непрофессионального суда у крестьян, ограниченности возможности применения обычая и покушения на основной «цивилизационный» устой – верховенство закона, неизбежное при поглощении профессионального судьи равноправными с ним заседателями. Этим он выражал мысль о том, что постепенное слияние обоих ценностно-нормативных устоев не нужно, прежде всего, самому крестьянству, поскольку традиционализм в деревне подорван и законность в деревне должно утверждать прямо и непосредственно.
Ещё более определённо намерение привнести начала верховенства закона путём синтеза почвеннических и цивилизационных устоев видно в предложении, высказанном рядом членов фракции (в частности, А.Е. Фаворским), о необходимости сохранения волостного суда при придании ему в качестве председателя мирового судьи. Волостной суд и обычное право, господствовавшее в нём, они понимали как способ нормирования жизни, связанный с определённой корпорацией, сословием, причём способ, наиболее эффективный для утверждения идеи «правды и справедливости», основанной на «крестьянской совести», «терпимости, ласковости, любвеобильности»; ценностей общинного коллективизма, патриархальной семьи а, в общем-то, сохранения внутрикорпоративного «примирения». Таким образом, Фаворский (несмотря на свое дворянство) выступает как безусловный адепт ценностей и менталитета традиционалистского крестьянства, сторонник консервации его устоев. «Консерватизм, обеспечивающий в своих правах и понятиях спокойное развитие наших государственных учреждений», представлялся ему наилучшим вариантом развития. Однако в отличие от правых этот консервативный октябрист понимал невозможность сохранения этого суда в неприкосновенности, полной корпоративной изоляции традиционализма крестьянства. Он признаёт деградацию волостного суда под влиянием «внешних» по отношению к почвенническим устоям причин: ускоренной урбанизации, расслоения деревни, роста преступности и т.д. Он признаёт неизбежность вторжения «цивилизации», в том числе и в деревню. Однако в отличие от октябристского большинства комиссии он полагал, что такое вторжение должно было быть амортизировано синтезом суда «почвы» и «цивилизации» – волостного и мирового судов. В случае монополии на отправление правосудия в деревне мирового суда с его формализованным судопроизводством, принципом безусловного следования писаному закону, «чуждым нравам и обычаям деревни» он опасался безнаказанности преступников, «удовлетворения требования правосудия более состоятельных классов» и отсутствия «примирения сторон», т.е. фактически раскола крестьянской традиционалистской корпорации [2, ст. 1481]. Взамен он предлагал её постепенное приспособление к модернизации «сверху», проводимое путём реформ (земской, полицейской, общественной). Достигнуть этого предполагалось за счёт введения особого порядка судопроизводства в деревне: сохранения волостного суда с увеличением подсудности до 50–100 руб. по гражданским делам и по уголовным делам – до ареста сроком на месяц; придания ему в качестве председателя мирового судьи, причём с упразднением в отношении его требований имущественного ценза и введения в апелляционную инстанцию – съезд мировых судей представителей от крестьянства, выбранных земствами. Итогом этих преобразований будет, по мнению Фаворского, с одной стороны, приближение «суда цивилизации» к населению, которое даст крестьянству «понятие о необходимости права» [2, ст. 1483] за счёт повышения авторитета «суда права», а с другой – позволит сохранить «чистоту правды и справедливости», отстоять интересы крестьян от кулачества, сохранить «корни нашей цивилизации, которая должна быть очищена от всякой дряни и мусора» [2, ст. 1485–1486].
Карибский кризис в контексте «Холодной войны»: проблемные
аспекты. «Холодная война»:
сущность и периодизация
«Холодная война» – военно-политическая конфронтация государств после Второй мировой войны, при которой осуществлялась гонка вооружений, применялись различные меры давления на международной арене, создавались военно-политические блоки и союзы, реально существовала угроза развязывания новой мировой войны.
Методы «холодной войны» включали ...
Советский Союз во Второй Мировой войне (1939-1945)
Внешняя политика СССР в предвоенные годы. - Советско-германский пакт и его последствия. - Начало второй мировой войны. Присоединение к СССР территорий Восточной Европы. Война с Финляндией. - Начало Великой Отечественной войны. – Коренной перелом в войне. - Победа над фашизмом. Разгром Японии.
Внешняя политика СССР в предвоенные годы.
...
Людские и материальны потери СССР в ВОВ.
Наибольшие людские потери во 2 мировой войне понесли вооруженные силы Советского Союза. Официальные же цифры общих демографических потерь были фальсифицированы. В начале 1946 года было объявлено, что общие потери (армии и населения) в только что окончившейся войне составили около 7 миллионов. 15 лет спустя, в 1961 году, была названа циф ...